Пятница, 8 Октябрь 2010
«Профиль»
Большой кабинет премьер-министра Армении Тиграна Саргсяна с высокими потолками мог бы казаться по-советски неуютным, если бы не заваленный бумагами стол. Одного взгляда на него достаточно, чтобы убедиться: работа здесь кипит. Беседа с главой правительства подтверждает слова ереванских коллег, с удовольствием отмечающих: премьер занял свой пост потому, что он действительно глубоко разбирается в экономике, а не потому, что это назначение было кому-то конъюнктурно выгодно. К слову, Тигран Саргсян – поклонник рок-музыки и о концертах мировых звезд в Армении рассказывает с такой же гордостью, как о масштабных проектах правительства по развитию туризма и подъему экономики. В интервью «Профилю» он поделился секретами развития страны в условиях блокады со стороны двух соседей и сделал целый ряд предложений представителям украинского бизнеса. Началась же наша беседа с того, что объединяет Армению с Украиной Виктора Януковича, – тесного взаимодействия с Россией. Ведь стратегические армянские предприятия были переданы российским собственникам в обмен на списание государственного долга еще в начале двухтысячных.
Насколько эффективными менеджерами оказались те российские собственники, которым довольно давно принадлежит значительная часть стратегических предприятий Армении?
На территории Армении функционирует 1 400 предприятий с российским капиталом. Это сравнительно немного – всего у нас более 150 тыс. хозяйствующих субъектов. Однако российские инвестиции в сфере энергетики, инфраструктуры, а также информационных технологий имеют существенное значение для Армении. Одним из крупных российских инвестиционных проектов является СП «АрмРосгазпром», около 80% акций которого принадлежат «Газпрому». В Армении сегодня газифицированы 94% населенных пунктов – это очень высокий показатель. Также у нас с россиянами заключен довольно эффективный контракт по управлению Мецаморской атомной электростанцией. В результате российских инвестиций в телекоммуникационные системы выигрывает армянский потребитель, так как сейчас у нас три конкурирующих между собой оператора мобильной связи. В целом мы оцениваем российские инвестиции как весьма эффективные и, в свою очередь, стараемся создать благоприятную атмосферу, чтобы иностранные инвесторы чувствовали себя у нас в стране комфортно. Надеюсь, что и украинские инвесторы будут так чувствовать себя в Армении.
Россия повышает цены на газ для вашей страны, что, естественно, вызывает достаточно острую реакцию в армянском обществе. А насколько это серьезный вызов для армянской экономики?
Армения одна из первых среди стран СНГ либерализовала свой рынок, мы еще в 1991–1992 годах приватизировали все сельскохозяйственные земли. То есть частная собственность внедрялась у нас достаточно быстро, и столь же быстро была осуществлена либерализация ценообразования. Мы свели к минимуму те сферы, на которые распространяется регуляция цен. Но одна из отраслей, где регуляция осталась, – это энергетика.
В последние годы фиксируется устойчивый рост цен на газ. Мы следим за тем, чтобы эти тенденции соответствовали мировым, и не было нерыночного подхода. Основная дискуссия с нашими российскими коллегами касается методики определения цены. Необходимо обеспечить прогнозируемость, потому что стоимость газа влияет на очень многие отрасли промышленности. Предприниматели и, конечно же, население должны быть готовы к изменению цен. Мы работаем над этим как с нашим населением и бизнесменами, так и с нашими российскими коллегами.
Но сегодня мы можем говорить о том, что механизм ценообразования на российский газ для Армении рыночный?
Я думаю, да. Об этом свидетельствует то обстоятельство, что за последние годы цены на газ устойчиво повышались в соответствии с мировой конъюнктурой.
В каких отраслях экономики Армении вы бы хотели видеть украинских инвесторов?
Мы бы хотели видеть ваших инвесторов во всех отраслях, считающихся приоритетными в соответствии с программой правительства Армении. В частности, у нас очень динамично развивается сектор IT. Армения располагает достаточно серьезными сырьевыми ресурсами для горной металлургии, и поскольку металлургическая промышленность в Украине хорошо развита, мы заинтересованы в сотрудничестве в этой отрасли. Есть очень интересные проекты строительства в Армении крупных металлургических заводов, и мы приглашаем наших украинских коллег ознакомиться с ними. Другие направления потенциального сотрудничества: неметаллические ископаемые, которыми мы обладаем, базальт, строительные материалы, а также машиностроение. Мы сейчас думаем над созданием в Армении экспортоориентированных сборочных цехов. Полагаю, здесь также может быть интересное сотрудничество с украинскими партнерами.
В советские годы мы принимали большой поток туристов из Украины. Сегодня Армения восстанавливает традиционные туристические схемы, которые были знакомы советским любителям туризма и могли бы заинтересовать украинских путешественников.
Наша проблема номер один, особенно после кризиса – необходимость диверсификации экономики. Мы полагаем, что необходимо придать новый импульс армянско-украинской межправительственной комиссии, чтобы мы рассмотрели весь спектр экономических отношений и смогли выявить потенциально интересные проекты. Мы говорили об этом с премьер-министром Украины Николаем Азаровым в Санкт-Петербурге, у нас также были с ним телефонные переговоры, и мы намерены придать новый толчок нашему сотрудничеству.
Армения, как и другие страны, столкнулась с мировым кризисом. На что вы делали ставку в борьбе с его последствиями?
Кризис серьезно задел нашу экономику в прошлом году: спад составил около 13%, прежде всего из-за низкой диверсификации экономики и достаточно высокого удельного веса строительства. Именно спад в строительстве, составивший около 40%, повлек резкое падение ВВП. Однако уже с конца 2009 года мы почувствовали, что экономика постепенно восстанавливается. На это повлияли несколько факторов. Во-первых, антикризисная программа правительства, включавшая очень широкомасштабные меры. Мы резко увеличили расходы государственного бюджета, в первую очередь за счет увеличения внешнего долга. Последние 10 лет мы проводили жесткую монетарную политику, и уровень внешнего долга в сравнении с ВВП не превышал 18%. Благодаря этому мы смогли позаимствовать кредитные ресурсы у международных финансовых корпораций. Мы построили рекордное количество дорог, трубопроводов, восстанавливали ирригационные системы.
Во-вторых, в мире почувствовалось отступление кризиса. Показатели наших партнеров по сравнению с 2008–2009 годами улучшились. Восстановление цен на мировом рынке на медь и молибден – основные экспортные позиции Армении – способствовало тому, что наша горная металлургия резко улучшила свои показатели.
Кстати, в прошлом году, несмотря на кризис, в армянском секторе IT, являющемся для нас приоритетным, был зафиксирован 17-процентный рост. Появились новые инвесторы, и нас радует, что этот сектор быстрыми темпами растет. Его значение для экономики сегодня уже сопоставимо с горно-металлургической индустрией Армении.
Мы с 1993 года живем в режиме блокады со стороны Турции и Азербайджана, имея открытые границы только с Ираном и Грузией. Под влиянием таких обстоятельств многие отрасли потеряли свою конкурентоспособность, и, напротив, быстрее развиваются сферы, меньше зависящие от транспортных перевозок. Именно в силу объективных обстоятельств правительство и выбрало приоритетные направления развития экономики Армении, в частности IT-сектор. В последние годы у нас динамично развивались традиционные алмазообрабатывающая, ювелирная промышленность. В 2004–2005 годах они пережили определенный спад из-за изменения мировой конъюнктуры и сильной конкуренции на международных рынках, но сейчас мы стараемся восстанавливать эту отрасль.
16 октября будет открыта почти шестикилометровая канатная дорога к Татевскому монастырю, которая станет крупнейшей в мире. Какими еще масштабными туристическими проектами нас удивит Армения?
Мы создали Совет по конкурентоспособности, в который входят, с одной стороны, видные представители диаспоры и частного сектора Армении, а с другой – представители правительства страны. В рамках этого совета разрабатываются стратегические проекты развития Армении, в том числе подготовлена доктрина развития туризма, комплексные региональные проекты. Реконструкция Татевского монастыря, строительство канатной дороги – как раз результат частного и государственного партнерства. Государство в основном взяло на себя вопросы развития инфраструктуры, коммуникаций и т. д., а предприниматели инвестировали в строительство самой канатной дороги, гостиницы. Создан благотворительный фонд по восстановлению всемирно известного монастырского комплекса Татев. Кстати, Татевский монастырь и канатная дорога имеют сообщение с Джермуком, который в советские годы был известной здравницей. Сегодня он достаточно динамично развивается, в курорт вкладываются частные инвестиции, строятся гостиницы.
Татев и Джермук – это южное направление развития туризма. Есть еще и северное – озеро Севан. Там также намечается строительство новых мощных спортивных и оздоровительных комплексов. В частности, консалтинговая компания McKinsey по заказу Совета по конкурентоспособности разработала интересный проект развития спортивной индустрии в бассейне озера Севан. В советские годы расположенный неподалеку от Севана курорт Цахкадзор был известен как центр подготовки спортсменов, специализирующихся в зимних видах спорта. Сегодня мы вложили в Цахкадзор серьезные инвестиции, и туристы с удовольствием приезжают туда. Надеюсь, и для наших украинских друзей эти проекты будут интересными.
Проект Татевской канатной дороги – доказательство того, что диаспора по-прежнему принимает активное участие в жизни Армении?
Безусловно. Население Армении чуть больше 3 млн., и порядка 6 млн. армян живут за границей. И хотя 95% представителей диаспоры никогда не бывали в Армении, наш народ – единый организм. Диаспора дает заряд прочности всем нашим проектам, идентифицирует себя с армянским государством и делает серьезные инвестиции.
Вы давний поклонник рок-музыки. Сейчас есть что-то, что вызывает у вас желание пойти послушать рок, потому как премьер-министру не подобает иначе выражать бунтарские эмоции?
Если философски подходить к этому вопросу, то мир ужасно несправедлив. Любой думающий человек всегда накапливает в себе определенный заряд бунтарства. Всегда необходим всплеск эмоций, и с этой точки зрения рок имеет свою философию.
Недавно мы создали армянскую ассоциацию рокеров и планируем ряд очень интересных мероприятий. Последние два года Армения живет очень богатой музыкальной жизнью, прежде всего в области рока. К нам приезжают выдающиеся музыканты и группы – Deep Purple, Jethro Tull, Uriah Heep. У нас с ними сложились очень теплые, дружеские отношения. Им понравилась Армения, армянская публика, наши рокеры, и мы договорились о том, что наше сотрудничество будет долгосрочным. В частности, организован фестиваль «Рок против геноцида». Первый концерт в его рамках – выступление группы Jethro Tull – состоялся 24 сентября. Мы продолжим этот цикл и закончим его гала-концертом всех рок-групп, которые посетят Армению в рамках фестиваля. От украинских рок-групп мы пока что не получали заявок. Надо изучить, какие рок-группы популярны в Украине, и наладить с ними контакты.
Варвара ЖЛУКТЕНКО, «Профиль», из Еревана
